Исправил опечатки.
Сибирская ментальность.
Рекой или дорогой? Для русского человека так вопрос не стоит. Русь брала своё начало из Роси - с правого притока Днепра. Конечно, есть поговорка "Какой русский не любит быстрой езды?". Но наше всё - в бродах, волоках, сплавах. Глубинное русское - это движение вдоль реки, вверх по течению или вниз. На левом берегу Томи, километров в 10 севернее Северска, есть озеро Волоковое. Точнее - два озера Волоковых, Большое и Малое. Не от слова "волк" - от слова "волок", то есть сухопутный переход от одной реки к другой, от левого берега Томи по старице Томи к устью малой речки Порос, впадающей в Томь километров через 15. Я был на Волоковом, когда мне было 16; смастерил плот, но оказался достаточно сообразительным малым, чтобы отказаться от безнадёжной затеи и пожить ещё немного.
Дорога - это быстро, прогнозируемо, расчётно: в 8 выехал, в 10 приехал. Река - это совершенно другая тема. Волна или встречный ветер - и можно двое суток не сдвинуться с места. Шуга (мелкий лёд) может в октябре вообще сделать сплав невозможным. Река - это неопределённость: вилами по воде писано. Река - совершенно иная размеренность жизни, иной уклад, это наша глубинная система координат. Не даром медлительный русский открыл скрытые движения планет, которые два века не давались эффективным европейцам и скорым на выдумку американцам. Такое можно открыть, только неспешно перебирая числа. Как весь уклад нетороплив - рыбацкие сети, бредни, сезонность, черёдность.
Сибирские реки были и остаются надёжной зимней дорогой. Торосы случаются раз в 15 лет (последствие осеннего ледохода), а в большинство зим с половины декабря по реке можно смело прокладывать санный путь. Моя бабка ещё почтальоном в 1940-е года по реке (Томи) на санях возила деньги и почту. С этим было связано много историй. Одна из них - лошадь влетела в полынью. Кто-то из подбежавших мужиков посоветовал вознице распрячь лошадь, а потом вытащить телегу. Так и сделали. Когда я хватился записывать бабкины рассказы на видео, там непонятно чего было больше - реальных воспоминаний или деменционной путаницы. Но сама эта история - реальна и косвенно подтверждается записями в трудовой книжке. По настоящее время, хотя зимы 2010-2020-х годов стали заметно теплее зим 1990-2000-х годов, зимняя Обь остаётся мостом в северных районах Томской области.
Река - это утраченная система координат для большинства современных сибиряков, как и сибирская идентичность. В 1960-1990-х годах у Северска стояли сотни моторных лодок, теперь (2022) - десятки. Точнее - два десятка. Наплодили правил и "рыбнадзоров", и потеряли что-то более важное, чем "биоразнообразие" и осетровое богатство реки. Людей потеряли. На моей памяти, в 1996 году, в июле, на десятках резиновых лодок мужики ловили под Северском лещей да язей. Уже тогда было ясно - рекой не проживёшь, а как выяснилось, чиновником - вполне. На дороге в общем потоке даже среди шпионящих видеокамер человек более свободен, чем на реке. Поэтому я уходил на дикие реки вроде Чулыма, чтобы понизить коэффициент человеческого скотства. И это мне удавалось, пока Чулым не принёс меня в Обь.
Зимой через реку (Томь) теперь топчется пешая тропа - то любители собак выгуливают своих питомцев. Не скажу ничего плохого - собак мало. Но двумя десятками лет ранее мало было лыжников, но они были. Отбирали у меня мою широкую лыжню своими узкими спортивными лыжами. Да ещё выговаривали: не ломай нашу колею. Конечно, я отвечал в тон, но топтал новую, параллельно прежней. А в этом году и пошёл поздно - в январе, а тропы собачников были уже заметены. И мою лыжню потихоньку переметало до неузнаваемости. За всю зиму только раз или два живой лыжник прошёл моей колеёй. Жизнь людей - и детей, и взрослых - намертво прикована к городу и до корней отравлена им.
Преобразование Сибири - это не только строительство новой сети населённых пунктов, городов и городков, это, прежде всего, культивирование сибирской идентичности. Пусть не такой, какая была сто лет тому назад, пусть другой, но нашей. Годы зажратости и безвременья научили сибиряков соответствовать бессмысленным производствам, а затем - и бессмысленной торговле. Так год за годом, десятилетие за десятилетием наша жизнь утратила смысл, красоту и размеренность. Возрождение Сибири делает необходимым возвращение к старым укладам, пусть и по новым запросам: лодка, сеть, родные берега, лыжи. И само собой миллионеру Тютюшеву, отхватившему в частную собственность знатный кусок эуштинских земель с заливными озёрами, придётся подвинуться. В дамбе надо сделать проход для лыжников на озеро Подкова.
Лыжня десятилетиями шла по берегу Подковы до Гнилой протоки, а затем - через Гнилую - вела мимо выжженных молниями пихт, мимо кедра у озерца слева полями до развилки. Если свернуть налево, то выйдешь на озеро Глубокое и по нему вернёшься .... уже не помню к чему именно, наверное, к Подкове, но точно помню, что это была дорога домой. А правый поворот вёл в сторону озера "Моего 18-летия", на высоких берегах которого было много калины. А ещё эта дорога через пихтач вела в сторону деревни Петрово.
И для захода рыбы в озёра по большой воде в дамбе тоже надо сделать проёмы. Частную собственность - отменить. А из дворца на берегу Гнилой Протоки получится хорошая лыжная база.
08.05.2022 Вадим Тюменцев
Оценили 0 человек