"Путин – бог, а вы все – нацисты". Как "высокоточное" оружие россиян уничтожает их мозг и родственные связи с украинцами.
"Когда-то я любил вас. Но между нами не может быть ничего, кроме вражды. Мы с вами стоим на разных краях бездны, и нечего надеяться протянуть друг другу руку… Слишком дорого стоила мне ваша любовь".
Над речью пламенного революционера Овода в тюремной камере к своему отцу, кардиналу Монтанелли, уже 125 лет льют слезы читатели.
Реальность оказалась не столь романтичной, как роман писательницы Этель Лилиан Войнич "Овид". Сегодня это иначе выглядит.
Вы: отправляете своим родителям или детям в Россию фото с руинами Ирпеня , Бучи , Бородянки , Мариуполя , Харькова , Северодонецка , Кременчуга , Временного Яра , Винницы .
Они:
"Я встала от негатива, не отправляй мне это".
"Это все фейк".
"Русский солдат никогда в ребенка не выстрелит!"
" Это не наши стреляют, зачем нашим-то стреляют?".
"Если бы вы сразу сдались, не было бы всех этих бессмысленных жертв и разрушений".
"Мы вас освобождаем от нацистов. Сами потом спасибо скажете".
"Во-вторых никак нельзя, иначе вы напали бы на нас".
На этом обычно общение заканчивается, хотя самые настойчивые не перестают биться головой о стены.
Рассчитывать на то, что фото в мессенджерах смогут вернуть в сознание тех россиян, чья церковь – телевизор, а религия – "Вечер с Соловьевым", так же наивно, как мечтать о глубоком рове с крокодилами на украинско-российской границе.
"Украинская правда" поговорила с волонтером и маркетологиней Полиной Левицкой о том, как она потеряла живущую в России мать и с религиоведом Игорем Козловским , который 700 дней провел в тюрьмах "ДНР", – о квазирелигии "русского мира" и о том, возможна ли деоккупация сознания его адептов.
"Летят ракеты – пусть летят. Ей кажется, что все так должно быть"
Винница . Теракт. Погибшие люди, погиб маленький ребенок.
Сразу же мне написала моя мамаша с решётки, цитирую: " Это вам бумеранг, твари, за склад в Новой Каховке и погибшего там двухмесячного ребенка".
Впервые слышу о погибшем ребенке в Новой Каховке во время подрыва состава", – 14 июля написала в Фейсбуке Полина Левицкая. Она из тех украинцев, кто, кроме одной на всех войны с Россией, имеет и свою личную.
Ее личная война началась в 2005 году. "В Киеве я живу 17 лет. Рашку не воспринимаю 17 лет, потому что там жила и все видела – их отношение к нам, их отношение к миру. Об этом все я 17 лет говорю своей маме. И что? И ничто", – говорит. Полина.
С 24 февраля она излагала в соцсети обращение к россиянам: "Выходите на мирные протесты и митинги. Используйте момент. Пока вас не закрыли, как Северную Корею!"
Три месяца спустя Полина эти свои попытки оставила: "Мы не сможем перевоспитать россиян. Я знаю, о чем пишу, потому что у меня личная трагедия с мамой. Вы можете сколько угодно объяснять, рассказывать, сбрасывать туда фотки и видео. Вас мало кто там услышит или поймет. Не тратьте свое время и нервы.
Дальше прямой язык Полины.
Полина Левицкая: К счастью, у меня нет много родственников в России. Только мать. С ней война, и это не изменится
ФОТО: ИЗ ЛИЧНЫХ АРХИВОВ ПОЛИНЫ ЛЕВИЦКОЙ
– Россия – пятно на карте мира и в моем украинском паспорте. Там есть запись о месте рождения: "Россия, Костромская область, город Галич". Ребята из ТРО, проверявшие мои документы на блокпостах, ржали. Говорили: "Вот вам повезло"…
Мой дедушка познакомился с бабушкой на освоении целины. Потом поехали в Новую Каховку достраивать ГЭС.
Мать после школы в Новой Каховке училась в пединституте в Костроме. Прожила там пять лет, познакомилась с отцом, родила меня. Я постоянно болела. Тогда ее родители сказали: "Возвращайтесь, здесь климат лучше".
Многим я обязан маме. Она научила меня тайм-менеджменту, я должна была все успевать – обучение, теннис, художественная школа. Научила любить книги – даже под одеялом читала. Научила никогда не брать чужое. Научила стилю – она шьет очень крутые штуки.
Очень много правильных вещей, которые олицетворялись деспотическими методами – только так и не иначе. Выбора не было. Дома постоянно был некий сериал "Бандитский Петербург".
Отец сначала строил в Новой Каховке микрорайоны, а когда в 1990-е остановилось строительство, поехал работать в Польшу, затем в Россию.
Он играл на гитаре и пел: Цой, "Аквариум", "Queen", "Led Zeppelin". А мать всегда любила русскую попсу. Как они вообще сошлись, я не понимаю, они очень разные были. Она пессимистка, эмоционально нестабильна. Отец – более уравновешенный, спокойный, уютный.
Маленькая Полина в Новой Каховке. Сегодня в семейный фотоальбом она почти не возвращается
Свою жизнь я разделила на две части – до 15 лет и после. Когда мне было 15, папа погиб в Москве. В 7 утра на свой день рождения. Его сбила машина. Две операции, пять дней в коме и все.
После этого я десять месяцев жила в Москве. Требовалось ежемесячно приходить в суд по делу отца. С Новой Каховки не наездишься. Училась в художественном колледже. На вводном тестировании составляла русский язык, английский, живопись и рисунок. С разговора у меня было 96 баллов из 100, у поступающих из России – до 70.
Москва поразила – для меня это была сплошная депрессия. Еще больше поразила "глубинная" Россия, куда нас возили на экскурсии. Забора нет, хата кривая, деревянный туалет один или два на всю деревню. Чего удивляться, что они не знали, как пользоваться унитазом , когда пришли в Украину?
В 16 лет мне пришлось пройти из-за унижения в Москве только потому, что у меня был украинский паспорт. Для них тогда уже – это 2003–2004 годы – Украина была как красная тряпка для быка. А я поняла, что в России мне не жить, хотя мать мечтала, чтобы я там училась.
Я вернулась в Киев, работала на двух работах, поступила в университет. Мать ухаживала в Новой Каховке за своими родителями, а когда они умерли, переехала в Киев – за год до Майдана.
Когда начался Майдан, она вообще слетела с катушек. "Янукович – лучший президент", – повторяла она. Тогда я поняла, что происходит. Она постоянно общалась со своими одногруппниками из института – Одноклассники, Вконтакте. И они ей вкладывали в голову вот это все – "мы", "нас", "Путин – бог".
В 2015-м мать, прожившая в Украине почти 45 лет, получила российское гражданство и переехала в Костромскую область.
– Путин – бог, а вы все – нацисты. Украина никогда не была отдельной страной. Это младшая сестра России – этим завершались все наши разговоры.
– Серьезно, младшая сестра? Сколько лет Руси, когда она возникла? Давай поищем.
− Да не буду я вдаваться в эти подробности.
24 февраля 2022 года она мне написала: "Все будет хорошо! Зеленского заставят подписать мир, и на этом все закончится".
И все.
На следующий день в 12 часов она спросила в Телеграмме:
− Как прошла ночь?
Я не ответила. Потому что меня сорвало бы. У нас трагедия, у нас горе. Как могла пройти ночь? Родная мать пишет один вопрос. Ответа не получает. И все.
Ей пофиг – возможно, меня убили оккупанты, поэтому я и не отвечаю, возможно, ранен. Летят ракеты – пусть летят. Ей кажется, что все так должно быть. Потому что их царь лучше знает, что делать.
Я с ней общалась тогда спустя почти день. И слушала перехват СБУ разговоров россиян со своими родственниками. Неделю-две еще их слушала. И мне стало понятно, что лупить эту скалу нет смысла.
Я это проглотила. Но есть люди, которые воют, потому что очень любят своих родителей. Звонят им в Россию: "Нас здесь обстреливают, вы видели фото из Ирпеня, Бучи ?" А они: "Мы видели, но это все фейк. Такого быть не может, Россия своих не оскорбляет".
Мои дети, ее внуки уже несколько лет считают, что бабушка не в себе. Иногда они спрашивали меня, что с ней. Они действительно не понимают. О чем бы она ни рассказывала, все кончается тем, что Путин – царь и бог. Вшите на подкорке.
Когда мать переезжала в Россию, она привезла мне два или три семейных фотоальбома. У папы было хобби – он много снимал на фотоаппарат "Зенит", сам проявлял, печатал.
Лежат где-то в ящике. Сегодня я их не листаю.
"Даже когда Россия проиграет войну, они объявят, что это победа"
Ученый-религиовед, автор более пятидесяти книг Игорь Козловский не имеет родственников в России. Но знает антропологию "русского мира" не из соцсетей.
Его принудительная "резиденция" длилась 700 дней и размещалась сначала в подвале "МГБ" в Донецке, куда его бросили в конце января 2016-го, затем в СИЗО, и наконец в колонии.
Шизофреничность этого мира лучше передает такое воспоминание Игоря: "Когда меня арестовали и завели в кабинет, там на стене висели портреты Сталина, Путина и царя Николая Второго".
ИСТОЧНИК: GAZETA.UA
К возможности деоккупации сознания россиян Козловский относится к сдержанному оптимизму исследователя: не безнадежно, но крайне сложно в реализации.
– В январе 2016-го меня бросили в тюрьму в Донецке, среди прочих там сидели так называемые российские добровольцы "первой волны". Те, кто в 2014-2015 годах приехал из России с оружием в руках. Время от времени в ДНР происходит зачистка таких людей.
Один из них – режиссер из Москвы, человек вроде бы способен анализировать. Когда ехал в Донбасс, у него был куратор в ФСБ. От него получал указания, оружие, машины, деньги. Затем куратор потерял должность, и этот парень остался без "крыши". Местные мгновенно разоружили его, забрали автомобили, деньги и под каким-то предлогом бросили в тюрьму.
Я спросил, что его привело в Донбасс. Он ответил: "Я искренне верил, что еду освобождать украинцев от нацистов".
Даже несмотря на то, что они видели своими глазами, даже в камере тюрьмы эти люди повторяли нарративы, которые мы слышим и сегодня.
Состояние их сознания определяет три "i" – инфантильность, идеологизация, интоксикация.
Собственного внутреннего пространства у них практически нет, они отдали его наружной силе. Отсутствует критическое мышление, способность рефлексировать, работать с эмоциональным интеллектом, контролировать свои эмоции. Они не понимают смыслов происходящего из-за отсутствия экзистенциального сознания.
Им не нужно прилагать усилия, чтобы получать знания, сравнивать, делать выводы. Они получают унифицированную информацию, объясняющую весь окружающий мир.
Для империи нужно одно мнение, одна церковь, одна партия. Империя все унифицирует. Все особенности – человеческие, этнические.
Эти люди полностью перекладывают ответственность на того, кого избрали вождем. Вообще фигура вождя, фюрера, отца нации присуща квазирелигии.
Именно квазирелигия – термин, который лучше описывает пространство, в котором они существуют.
ФОТО: THE-VILLAGE.COM.UA
Почему мы плохо живем? Потому что всюду враги. Это снимает с тебя и вину, и ответственность. Если для религиозной картины мира причина твоих бед и страданий внутренняя – это грех, для квазирелигии – это внешний враг.
Составляющие квазирелигийное сознание в современной России – это имперское величие с ее фейковой историей. Это апология войны. Это апология страдания, пришедшая из православного сознания, из аскетического видения христианства. Не радостного, а связанного со схимой, с умиранием - "Господь страдал и нам велел". Наконец, это заложенная в сознании апология погибели.
Картина мира такого человека становится неподвижной, как экран зависшего компьютера. Это его капсула, куда он попал и остался там в мертвой зоне, недостижимый для всего внешнего.
Квазирелигия не существует без обрядовой стороны. Вокруг апологии войны либо поднимаются старые ритуалы и обряды – возвращаются пионеры , детей одевают в военную форму, либо искусственно придумываются новые вроде "Бессмертного полка" .
