На форуме, где вечный срач и мат,
Жил престарелый тролль по кличке Бяшка.
Кривые ноги, впалая спина,
На лбу плешивом — мятая фуражка.

Решил старик: "Пора сменить пейзаж!
В Анталью! В ноябре! Там дёшево, ребята!"
Взял чартер, доплатил за свой багаж,
Где ехал лишь один носок помятый.

Приземлился. В Турции — плюс пять.
С небес срывается не дождь, а просто слякоть.
Чтоб туркам их доходы проклинать,
Наш Бяшка начал от озноба крякать.

Засел в отель, где плесень ест углы,
Где номер грязный, а матрас — ком ваты.
На стенах вместо люстр висят узлы,
А в кране мёртвой бьются комары.

Пошел на стойку требовать тепла,
Но персонал смотрел на деда тяжко.
Ему администратор из стекла
С ухмылкой бросил: "Ваши деньги — бяшка!"

На ломаном турецком Бяшка взвыл:
"Я жалобу отправлю в министерство!"
А турок "швабру" деду предложил
И плюнул в паспорт с явным интересом.

Хамьё в отеле — просто первый сорт!
Консьерж толкнул его плечом в проходе.
"Мадам, вы дверь закройте, старый чёрт!" —
Кричит уборщица при всём народе.

Официант швырнул ему поднос,
Пролив на лысину остывший кофе.
И на вопрос "Где шеф?" — уткнулся в нос
Словарь турецких непечатных морфем.

Он супа взял в столовке у ресепшн.
В тарелке — жижа, мёртвая на вид.
Пошли по кругу пузыри и бреши:
Селитра бродит, сероводород шипит.

Дрожит наш Бяшка, кутаясь в халат,
Что видел, кажется, ещё царя Гороха.
Зубами дробь выбивает: клац-клац-клац,
А в животе творится суматоха.

И тут из сумки, из дырявых швов,
Из шуршащих, пыльных недр плацкарта,
С издевкой глядя из-за двух усов,
Сбежал хомяк — пушистая плацента.

Он спрыгнул на плешивый череп Бяшки,
Вцепился в редкий старческий пушок.
"Ну что, скулил? Поехал на поблажки?
Теперь дрожи, сопливый старичок!"

Хомяк верхом на тролле, как в седле,
Скачет по лысине, по складкам, по затылку.
"Но! Поехали!" — кричит, лупя по мгле
Своей когтистой лапкой по затылку.

"Вези меня на кухню, старый дед!
Там хоть сухарик есть и крошка сыра!
А ты хлебни свой газовый обед,
В Анталье не сезон — сплошная дыра!

Смотри, как персонал плюётся вслед,
Как на тебя кричит официантка!
Тебя в отеле хуже зверя нет,
Ты для них хуже старого таранта!"

И Бяшка трясся, супом изойдя,
Скрипя коленями в холодной жиже.
Над ним судьба, усами шевеля,
Скакала гордо, становясь всё ближе...

На форуме, где вечный срач и мат,
Жил престарелый тролль по кличке Бяшка.
Кривые ноги, впалая спина,
На лбу плешивом — мятая фуражка.

Решил старик: "Пора сменить пейзаж!
В Анталью! В ноябре! Там дёшево, ребята!"
Взял чартер, доплатил за свой багаж,
Где ехал лишь один носок помятый.

Приземлился. В Турции — плюс пять.
С небес срывается не дождь, а просто слякоть.
Чтоб туркам их доходы проклинать,
Наш Бяшка начал от озноба крякать.

Засел в отель, где плесень ест углы,
Где номер грязный, а матрас — ком ваты.
На стенах вместо люстр висят узлы,
А в кране мёртвой бьются комары.

Пошел на стойку требовать тепла,
Но персонал смотрел на деда тяжко.
Ему администратор из стекла
С ухмылкой бросил: "Ваши деньги — бяшка!"

На ломаном турецком Бяшка взвыл:
"Я жалобу отправлю в министерство!"
А турок "швабру" деду предложил
И плюнул в паспорт с явным интересом.

Хамьё в отеле — просто первый сорт!
Консьерж толкнул его плечом в проходе.
"Мадам, вы дверь закройте, старый чёрт!" —
Кричит уборщица при всём народе.

Официант швырнул ему поднос,
Пролив на лысину остывший кофе.
И на вопрос "Где шеф?" — уткнулся в нос
Словарь турецких непечатных морфем.

Он супа взял в столовке у ресепшн.
В тарелке — жижа, мёртвая на вид.
Пошли по кругу пузыри и бреши:
Селитра бродит, сероводород шипит.

Дрожит наш Бяшка, кутаясь в халат,
Что видел, кажется, ещё царя Гороха.
Зубами дробь выбивает: клац-клац-клац,
А в животе творится суматоха.

И тут из сумки, из дырявых швов,
Из шуршащих, пыльных недр плацкарта,
С издевкой глядя из-за двух усов,
Сбежал хомяк — пушистая плацента.

Он спрыгнул на плешивый череп Бяшки,
Вцепился в редкий старческий пушок.
"Ну что, скулил? Поехал на поблажки?
Теперь дрожи, сопливый старичок!"

Хомяк верхом на тролле, как в седле,
Скачет по лысине, по складкам, по затылку.
"Но! Поехали!" — кричит, лупя по мгле
Своей когтистой лапкой по затылку.

"Вези меня на кухню, старый дед!
Там хоть сухарик есть и крошка сыра!
А ты хлебни свой газовый обед,
В Анталье не сезон — сплошная дыра!

Смотри, как персонал плюётся вслед,
Как на тебя кричит официантка!
Тебя в отеле хуже зверя нет,
Ты для них хуже старого таранта!"

И Бяшка трясся, супом изойдя,
Скрипя коленями в холодной жиже.
Над ним судьба, усами шевеля,
Скакала гордо, становясь всё ближе...

Пузыри размером с грецкий зрелый орех
Издавали громко неприличный смех.
Бяшка ткнул в них ложкой — "чпок!" — и прямо в глаз
Пузырек взорвался, выпустив свой газ.

И от этой вони, от турецких благ,
У Бяшки в штанине заурчал хомяк.
Хомяка в штанине не было с утра!
Видимо, под свитер пролезла дыра.
Хомяк съел тот супчик, громко зачавкал,
А затем внезапно Бяшку оседлал!
😂 🤣 😂

На форуме, где вечный срач и мат,
Где каждый третий — дивный акробат,
Решил дед Бяшка, кривоногий тролль,
Сменить на Турцию родную антресоль.

Купил в один конец за грош билет,
Сказав: "Там бар, там шведский стол и свет!"
И вот в Анталии, где кончился сезон,
Дрожит на лавке наш печальный дон.

В отеле "Три звезды" (одна из них — скандал)
Он грязный номер с боем отстоял.
В сортире плесень, на стене пятно,
Сквозняк в окно несет собачье, извините, дно.

А в столовке, где царит сплошной упадок,
На дне тарелки Бяшке был не сладок
Супец прокисший, мутный, как слеза.
В нем пузырились страшные глаза
Бактерий вольных. Бяшка черпать стал,
И с хлюпом тухлый варевец глотал.

От стужи челюсть выдала чечетку,
Дрожит в руках прокисшая находка.
Трясется Бяшка, синий, как налим,
Согреть пытаясь пузо супом злым.

И тут из сумки, из дырявого носка,
Сверкая глазом, полным злого лоска,
Пробрался Хомка — мелкий злобный гном,
Что жил у Бяшки под пружинным диваном в дом.

Схватил он пульт, включил на всю кондёр,
Устроив в номере колымский, блин, шатёр.
Схватил он ложку, Бяшке показал
И мерзким писком деда обругал:

— Что, старый хрыч, купил "олл инклюзив"?
Смотри, как суп твой весело пузырится, красив!
Тряси коленкой, кривоногий наш герой!
Я в этой сумке поселюсь на постой,
А ты давай, доедай свой биохлам,
Твой отпуск, Бяшка — это просто срам!

Сидит наш Бяшка, стучит зуб о зуб,
Испорчен туром пенсионный клуб.
А Хомка сверху скачет по спине:
"Эй, деда, пузырей добавь в слюне!"

Кривоногий Бяшка, позабыв про страх,
В Турцию рванул на стёртых каблуках.
Взял билет в плацкартный, самый задний ряд,
"Всё включено" в мыслях, а в кармане — склад
Пустоты и гречки. В паспорт глянул: "Ба!
Где ж моя путевка?" — в ней одна ботва.

В Анталии — слякоть, шторм и гололед,
В море только чайка задом наперед.
В номере облезлом — мокрый таракан,
На стене разводы, на полу — банан.
Бяшка весь трясется, стуча челюстью,
Греет об калорифер пятку и кисту.

А в желудке буря, ураган, тайфун!
Бяшка, сжав желудок, двинул в местный чум.
Там ему в тарелке, источая яд,
Подали помои, пузырями, в ряд.
Суп вонял носками, скисшею треской,
И светился в полутьме зеленой тоской.

Пузыри размером с грецкий зрелый орех
Издавали громко неприличный смех.
Бяшка ткнул в них ложкой — "чпок!" — и прямо в глаз
Пузырек взорвался, выпустив свой газ.

И от этой вони, от турецких благ,
У Бяшки в штанине заурчал хомяк.
Хомяка в штанине не было с утра!
Видимо, под свитер пролезла дыра.
Хомяк съел тот супчик, громко зачавкал,
А затем внезапно Бяшку оседлал!

"Тыгыдым!" — по пляжу, позабыв про стыд,
На кривых коленях Бяшка к морю мчит.
Хомяк правит мордой, требует узду,
А в ответ на крики: "Я сейчас уйду!" —
Хомяк пукнул мощно, выпустив свой дух,
И турецкий ветер перед ними... вдруг потух.

С той поры в Анталье странный ходит слух:
Если пахнет тухлым — там седлает дух
Кривоногий Бяшка на лихом хоме,
И они несутся к призрачной тюрьме
Из пустых тарелок, где на самом дне
Пузыри танцуют в мертвенной слюне.

Кривоногий Бяшка, позабыв про стыд,
Взял горящий тур, когда сезон закрыт.
В Турцию помчался, в чемодане — шиш,
В мыслях — "ол инклюзив", а в кармане — лишь стриж.

В Анталии ветер, в море — гололед,
В номере облезлом плесень, грязь и лед.
Бяшка весь трясется, синий, как налим,
Под дырявым пледом, стуча зубом своим.

В животе урчит так, что дрожит стена,
И пошла Бяшка в местный бар до темна.
Там ему в тарелке, источая смрад,
Подали прокисший, пузырями, томатный суп-окейрад.

Пузыри вздувались, издавая "чпок",
Бяшка ел украдкой, пряча нервный скок.
С ложки тянет тиной, скисшим молоком...
"Что ж, — вздохнул бедняга, — отдохнул с умом!

Бяшка в Турцию купил вояж,
Чтоб исполнить пляжный пилотаж.
Вместо шорт — пуховая доха,
А в тарелке — пена ЖКХ.

Бяшка в Турции искал кровать,
Чтоб от стужи южной отдыхать.
Но матрас в подтеках, номер — склеп,
А в тарелке — пенный, мутный хлеб.

Бяшка взял в Анталью свой вай-фай,
Чтоб запостить в сториз "Турецкий рай".
Только в кадре — иней на носу,
А в тарелке — пузыри в тазу.

Бяшка взял в Анталью чемодан,
Но попал в осенний ураган.
Супчик с пеной, в номере сквозняк
"Лучше б я поехал в Сыктывкар! 😂

Решил по имени Бяшка
Махнуть в Турцию в несезон.
Купил путевку на бумажке,
Мечтая, как залезет он
Под пальму с холодненьким пивом,
Сгоняет в хамам и в бассейн…
Но ветер выл над Анталийским
Свирепей, чем в родных лесах.

В отеле "Пять турецких звезд",
Где обещали рай и лето,
Бяшка свой синий прячет нос
В остатки летнего жилета.
В бассейне — лед, на пляже — иней,
Шезлонги врыты в снег по грудь.
Бяшка в панамке ярко-синей
Пытается в шезлонг нырнуть.

Он просит плед у бармена,
Дрожит, как уличный щенок.
Вода в бассейне — не вода, а
Сплошной густой ледок.
Надел на плавки три футболки,
Две кофты, шарфик и пальто,
И греет стынущие холки
О чье-то мокрое манто.

А в ресторане — просто драма,
У Бяшки стынет в жилах кровь.
Несут "фирменный" для хлама
Супец с названьем "Морковь".
В тарелке — пузыри и пена,
Какой-то мутный клейстер-бзик.
Спросил: "А где же ваша лена-
Супруга супа? Где мясник?"
А повар-турок, парень бравый,
Ему подносит новый дар:
"Суп-пюре из морской державы,
Наш фирменный турецкий пар!"

Вино похоже на компотик,
Салат — на скошенную рожь.
Сказал официанту Бяшка: "Отпустите,
Вы ж меня уморишь, молодежь!"
Решил заесть беду десертом,
Взглянул на чизкейк — боже мой!
Там торт общается с конвертом
И пахнет старой обувной
Смазкой. Бяшка машет вилкой:
"Я понял ваш гастрономический прикол!
Вы кормите меня ухмылкой
И заправляете в подол!"

Пошел в свой номер, еле-еле
Дрожащею открыл рукой.
А там, в турецком Куршевеле,
Царит ремонтик никакой.
Обои виснут бахромою,
С подтеками на потолке,
И пахнет старою тюрьмою
И краской в сдутом пузырьке.
Под краном ржавая водица,
В розетке — тока ни на вольт.
Бяшка под утро начал сниться
Себе большой, ушастый кролт
(помесь кроля и дикобраза),
Что греет уши у костра.

Вернулся Бяшка из экстаза,
Сказав: "Домой лететь пора!
Там, в минус тридцать, батареи
Горят, как два сковородка.
Там борщ в кастрюльке не стареет,
И греет душу красное вино!"
Теперь в панамке у серванта
Сидит, пьет чай, укутан в плед.
Несезонная Анталия — гаранта
Хорошей жизни больше нет.

нихуя гомопредседаст как мутировало)))

его ж жители не признают на гомодепошке))))

щас поди роги себе спиливает лобзиком тайком))))мвахахахахахахаха

Это эффект от жаркого солнца, и его УФ-лучей. Ультрафиолет вреден для эпидермиса.

👌

👍

🤣 😂 🤣

ну или хотя бы зелёного горошка??? Ужос нахъ!))))
да ну ты чего)))
после горошка бяшко всех туркоманов из отеля выкурит выхлопными газами)))

а журку пучит от салатов да он скрежещет зубами во сне
истекая слюной в холодной комнате когда ему оленина сочная снится! 🤣 🤣 🤣 🤣 🤣
мвахахахахахахаах

ну а чо ему супы с харчками не зашли туркоманские? оно ж так мечтало о миске с супцом)))

Султанская яишница богов!)))
О боже, что это у него, он что, серьезно кокаху из ТСЖ с зимы припас и в кармане в турцыю вез чтобы к ияишнице положить??? Там же море, неужели хотя бы рыбы не будет, ну или хотя бы зелёного горошка??? Ужос нахъ!))))

Султанская яишница богов!)))
А зачем он салат своего мужа-вегана к себе придвинул в общественной столовой, типа у него еды в 2 раза больше,он ебанутый, не? Ну видно же что там второй столовый набор напротив!))
Да хуй их пидорасов знает зачем)))

Султанская яишница богов!)))
А зачем он салат своего мужа-вегана к себе придвинул в общественной столовой, типа у него еды в 2 раза больше,он ебанутый, не? Ну видно же что там второй столовый набор напротив!))

Все было. А сегодня и бяшека видосы где он а очках которым 20 лет темных на фоне пустых пляжей в+10 дрожа от холода без майки снялся для прайда. И в метро зассаном тоже был смешной видос))
Султанская яишница богов!)))

Все было. А сегодня и бяшка видосы где он а очках которым 20 лет темных на фоне пустых пляжей в+10 дрожа от холода без майки снялся для прайда. И в метро зассаном тоже был смешной видос))

А чо там ещё фотки то были?

Мясо вредно...
Так Макс с Натухой спортсмены, им мясо полагается, и жопы морозить им а отелях без отопления тоже не в жилу, в отличие от Журкова))

Мясо вредно... Мы каныгу привезли, на год хватит, а потом еще поедем, привезем. Очень уж понравилась!

да! Макс с Натой круто сраки подорвали своей шикарной поездкой либерастии)))
Ну так понятное дело там зависть у бяшки адская! Макс с Натухой ещё с десяток килограммов всякого экзотического мяса привезли до нового года будут есть, а журку пучит от салатов да он скрежещет зубами во сне истекая слюной в холодной комнате когда ему оленина сочная снится! 🤣 🤣 🤣 🤣 🤣

да! Макс с Натой круто сраки подорвали своей шикарной поездкой либерастии)))
а ему суют жрать салаты как бараноживотному))
ну а оно вываливает это типа с таким видом такого довольного-сытого...значит?
думаю оно настока ущербное, что ему всякое ГЭ именно ГЭ в кайф! говноеды же либерасты!

Натусик и Макс - молодцы, что гоняют по стране(тут инициатор Натусик)
Да у голодной и злой от сырного супчика бяшки прям истерика от Якутска! Ему хочется котлеток из оленины с языком и чира, а ему суют жрать салаты как бараноживотному))