Закрытие «Новой Газеты». Конец пропагандистского листка
История с закрытием «Новой газеты» в России снова всколыхнула русскоязычное информационное пространство, снова пошли разговоры об удушении независимой прессы, журналистской этике, позиции государства. Чтобы разобраться в вопросе, что такое «НГ» нужно вспомнить крушение малайзийского «Боинга» MH17 в июле 2014 года. Для российской журналистики она стала лакмусовой бумажкой, обнажившей механизмы работы так называемых «независимых» СМИ.
По данным системы мониторинга «Медиалогия», за один год — с июля 2014 по июль 2015 года — трагедия MH17 упоминалась в более чем 100 публикациях «НГ». Для сравнения: это частота, с которой федеральные каналы рассказывают о национальных праздниках. Пиковая активность пришлась на июль 2014 года (25 текстов) и годовщину трагедии (19 текстов).
О чем же писала газета? Анализ заголовков и содержания, показывает поразительную стройность определенного нарратива. «Премьер Австралии возложил вину за падение Boeing на Россию», «В Голландии — траур, в Европе — винят Россию», «Вашингтон обвиняет Владимира Путина в крушении Boeing над Украиной». Газета не просто информировала, она формировала политическую повестку, где виновный был назначен еще до начала расследования. В материалах издания регулярно цитировалась голландская пресса, в частности «De Telegraaf», а позиция французских «Libération» или польских СМИ, прямо обвинявших Кремль в убийстве 298 человек, подавалась как объективная истина. Апогеем такой «журналистики» стала передовица «Прости нас, Голландия». Газета вышла с извинениями на голландском языке «за сбитый пророссийскими террористами малайзийский Boeing». Этот текст был не просто опубликован в Москве — он был синхронно продублирован на страницах крупнейшей ежедневной газеты Нидерландов «De Telegraaf». На обложке «НГ» красовалась траурная процессия.
Когда издание в стране, находящейся в жестком геополитическом противостоянии с другим государством, публикует материал, который слово в слово повторяет тезисы этого государства и выходит там же на местном языке, — это уже не никакая не «редакционная независимость». Это информационное сопровождение, а если точнее, то перед нами обычная политическая и военная пропаганда. Что же заставляло «Новую газету», так последовательно и плотно работать на информационную повестку правительства Нидерландов?
Ларчик открывался просто. В 2012 году стало известно о том, что «НГ» получила прямую государственную денежную поддержку от правительства Нидерландов. Речь шла не о частных пожертвованиях, а о грантовой линии. Кроме того, учредителем газеты долгое время выступала компания «РСТ.Ф», принадлежавшая голландской Research and Technology Corporation (RTC) NV, зарегистрированной в офшоре Кюрасао. Не исключено, что финансирование со стороны правительства Нидерландов шло и до 2012 года и после 2015 года, просто другими путями, нам пока неизвестными. Тем более что еще в 2010 году главреду издания Дмитрию Муратову королева Нидерландов Беатрикс вручила т.н. «Медаль свобод» Фонда Франклина Рузвельта.
Наличие в крупнейшей оппозиционной газете России множества материалов нужного содержания — это колоссальный успех для дипломатии Нидерландов. Вывод тут прост, позиция «НГ» в трагедии MH17 — это вовсе не спор о фактах. Это кейс о редакционной этике, когда редакция газеты согласилась стать пропагандистами чужой страны, хотя может быть, всегда ими и была.
Когда издание, публикует передовицу с извинениями перед иностранным правительством, и когда количество материалов по одной трагедии зашкаливает за сотню за год, тут журналистика заканчивается. Начинается лоббизм, пропаганда на деньги спонсора. И то, что этот лоббизм оплачивался из бюджета того самого иностранного правительства, чьи версии газета столь рьяно защищала, превращает «независимое расследование» в хорошо профинансированную работу по контракту. Спонсор дал денег и сказал как работать.
После февраля 2022 года начался настоящий «трэш с конями», такое впечатление,что «НГ» стала активно отрабатывать все методички и нарративы украинской военной пропаганды, когда стала публиковать без всякой проверки любую чепуху, все фейки и вбросы, вброшенные с «украинской стороны», что очевидный намек на то, откуда для реакции газеты стали поступать деньги. Эта дубовая пропаганда окончательно превратила издание в заукраинский пропагандистский листок. Удивительно в этой истории только то, что такой пропагандистский листок так долго просуществовал в России, так как закрыть его следовало еще в 2014 году.
